10.12.2025
ЕРШОВ/ФАКТЫ БИОГРАФИИ/038
ЕРШОВ/ФАКТЫ БИОГРАФИИ/038
Что можно сказать о пьесах, которые разыгрывались в гимназии и, так или иначе, отражали эстетические пристрастия Ершова? Какого свойства был выбор Петра Павловича? Названия вышеперечисленных произведений показывают, что все они относились к лёгким комедийным жанрам, прежде всего водевилю. Весёлые, зрелищные, музыкальные, с лёгкой интригой, они были, как правило, небольшого размера, то есть состояли из одного действия. Пьеса А. А. Шаховского «Новый Стерн» (1805) представляла «сантиментального» путешественника графа Пронского, который, оставив серьёзные занятия (военную службу), отправляется, как и герой повести английского писателя Л. Стерна «Сентиментальное путешествие», избравший себе имя Йорик, в дорогу в поисках тонких чувствований. Предметом его обожания стала крестьянка Маланья, уже имеющая жениха Фоку, сына кузнеца. Пронский намеревался взять «дочь Природы» в жёны, но вмешательство здравомыслящего отставного майора Судьбина и графского слуги Ипата заставили его отказаться от этой сумасбродной идеи. Забавная пьеса, отмеченная тонкой языковой игрой (крестьяне по-своему истолковывают «книжный» язык барина), содержала и литературную пародию стилистики таких писателей-сентименталистов, как Карамзин и Шаликов.
«Новый Стерн», как и комическая опера в одном действии А. Я. Княжнина (музыка А. Титова) «Девишник, или Филаткина свадьба, следствие Яма и Посиделок» (1809) с несколькими русскими песнями и плясками, водевиль в одном действии П. Н. Арапова «Прихотник без денег, или Искатель обедов» (1823), комедии-водевили, переведённые с французского Д. Т. Ленским, «Ещё суматоха, или На свете всё превратно» (1828), «Прекрасный принц, или Небылицы в лицах» (1830) с их стихией розыгрыша и шутки, оригинальными куплетами и фарсовыми ситуациями способствовали развитию вкуса гимназистов, обогащали их языковое чутьё, удовлетворяли их страсть к лицедейству.
Возвращаясь ещё раз к личности самого примечательного актёра гимназического театра Николая Рихтера, можно сказать, что его талант был открыт именно Ершовым. Ершов выделял его среди всех других участников театрального представлений. 14 февраля 1838 года он писал в уже упоминавшемся письме Владимиру Треборну: «…Один из игравших учеников – если б дать ему надлежащее сценическое воспитание – был бы из первых актёров и на вашей сцене. Чудо! Каждое слово, каждый жест, каждое движение лица было комическое в высшей степени. С самого появления его на сцену до выхода – рукоплескания не умолкали. Он нынче выходит из гимназии и должен прослужить шесть лет в учёной службе, а там я посоветую ему ехать в Петербург и прямо на сцену. Фамилия его Рихтер. Опять немец! Ведь нам без немцев нет спасенья! Радуйся, сын Германии!» .
В качестве отступления от основной темы можно заметить, что дальнейшая судьба Рихтера оказалась мало связанной со сценой, хотя он окончательно с ней всё же не расстался. Как установила курганский историк и краевед А. М. Васильева, по окончании гимназии в том же 1838 году Николай Петрович Рихтер получил должность учителя черчения и рисования в Курганском уездном училище, а в октябре 1840-го – учителя русского языка. В феврале 1844 года в зале училища было устроено театральное представление, инициатором которого, скорее всего, был Рихтер. Но дирекция выразила своё неудовольствие училищному смотрителю Т. К. Каренгину и постановки были запрещены. Причины этого запрета неизвестны, как и содержание поставленной пьесы . Молодой педагог отличался экстравагантным поведением, которое приводило к ссорам с сослуживцами, в результате чего он был уволен в марте 1846 года и перешёл секретарём в окружной суд, в котором служил его старший брат Алексей. Ещё будучи учителем он занимался перепиской рукописей декабристов А. Ф. Бриггена и В. К. Кюхельбекера, находившихся на поселении в Кургане.
С Кюхельбекером у Рихтера произошло столкновение, за которое поэт попросил у своего переписчика прощение в стихотворной форме:
Мой бедный Рихтер, я тебя обидел,
Не я тебя обидел, а недуг,
Я самого себя возненавидел
За вспышку глупую – прости мне, друг!
Слепому ипохондрику-поэту
Ведь и простить-то можно кое-что,
Возьмём же, брат, все дрязги бросим в Лету
И пусть с тобой не ссорит нас никто.
Это стихотворение было вписано в дневник Кюхельбекера 25 января 1846 года и впервые опубликовано только в 1939-м в издании сочинений, подготовленном Ю. Н. Тыняновым .
Возвращаясь к теме гимназического театра в Тобольске, отметим, что он в 1839-м (после отъезда Волицкого в Омск), скорее всего, прекратил своё существование, чтобы возобновиться в самом конце 1840-го, о чём можно узнать из очередного письма Ершова в Петербург от 10 января 1841 года В. А. Треборну: «На Рождестве, по моей милости, смастерён был в гимназии театр из воспитанников. Давали два представления: в первый раз – Добрый малый, комедию Загоскина; во второй раз – мой анекдот: Суворов и станционный смотритель и два водевиля: Искатель обедов и Актёр и музыкант. Зрителей была полна зала; аплодисментам не было конца, и могу сказать, не из снисхождения, а того требовала справедливость. Ученики играли премило. Но что особенно дало ход представлению, то это случай: он послал нам одного надзирателя за казённокоштными воспитанниками из московских студентов: он играл Ладова (в Добром малом), Суворова и Квинточкина (в Актёре и музыканте). Что за комический талант! Он мог бы, без самохвальства, заменить Дюра» .
Назвать имя ещё одного (после Рихтера) талантливого участника гимназического театра, равного своим талантом, как отмечается Ершовым, самому Дюру (Николай Осипович Дюр (1807–1839) – актёр Михайловского и Александринского театров, первый исполнитель роли Молчалина в комедии А. С. Грибоедова «Горе от ума») позволяют формулярные списки учителей Тобольской дирекции училищ. Им является Николай Афанасьевич Волков, которому в 1840 году было 32 года. Он служил копиистом в штате канцелярии Смоленского, Витебского и Могилёвского генерал-губернаторов, но «согласно желанию был уволен 21 ноября 1827 года для продолжения наук в Императорском Московском университете», куда принят «к слушанию лекций» 16 сентября 1829-го. Восьмого мая 1831 года, получив свидетельство «без прав на преимущества», вновь поступил на гражданскую службу в прежнюю канцелярию, а в 1836-м оказался на службе уже в Тобольске в штате общего губернского управления. 10 января 1839 года по прошению его определили надзирателем при пансионе казённых воспитанников Тобольской гимназии . В дальнейшем он преподавал с 28 ноября 1842 по 1856 год французский язык .
Комедия М. Н. Загоскина «Добрый малый» и комедия-водевиль П. И. Григорьева «Актёр и музыкант, или Любовь всему научит», как и «анекдот» самого Ершова «Суворов и станционный смотритель», показывали неизменное внимание Ершова к пьесам лёгкого содержания, в которых значительное место занимали сценки импровизационного характера с применением постановочных эффектов с внешними комическими приёмами.
Но вскоре театр приобрёл характер камерного, актёрами стали в основном пансионеры гимназии и лично Ершова, а также дети Серафимы Александровны (первой жены Ершова, о ней смотри далее). В день рождения и именин Ершова 22 февраля 1842 года будет устроено домашнее представление в двух частях. Первая часть – спектакль по пьесе Ершова «Суворов и станционный смотритель»; вторая часть – экспромт «Сюрприз имениннику». В спектакле наряду с пансионерами принимали участие Александр и Александра Лещёвы (пасынок и падчерица Ершова). В ТИАМЗ хранится программа этого представления с перечнем фамилий участников .
Об этом театральном действе Ершов сообщал друзьям в Санкт-Петербург в письме от 7 марта: «22 февраля, – день курения пятнадцати трубок (так отмечали день рождения Ершова студенты университета. – Т. С.), – проведён мною преприятно. Ученики сделали мне сюрприз – смастерили театр и сыграли моего Суворова. В заключение спектакля была иллюминация с бенгальским огнём, который чуть-чуть не выел глаза всем зрителям. Но, знаешь ли, – тут важное дело усердие и привязанность. Спасибо добрым моим ученикам. Не все учителя, даже и повыше учителей, удостаиваются подобной чести...» .
А из письма С. А. Ершовой дочери Феозве в Москву становится известно, что на масленицу 1844 года дети провели вечера приятно, потому что «папенька написал для них три детских пьесы, и у нас каждый вечер были театры. Участвовали четверо воспитанников и наших двое» . И сам Ершов в апрельском письме Ярославцову рассказывает (о себе от третьего лица), что «у господина инспектора гимназии был домашний театр для детей, и пансионеры его вместе с домочадцами играли три пиэсы собственного рукоделья хозяина» . О театральных постановках в последующие годы каких-либо сведений не сохранилось.
---------------------------------------
Текст из книги Т. П. Савченковой
«Пётр Павлович Ершов. Факты биографии» (Ишим, 2025).
Автор фото - Г. А. Крамор, если не указано иное.
